Уалбай Умирбаев: Знаю, что на родине меня ценят!

Источник: www.kazpravda.kz

Уалбай Умирбаев: Знаю, что на родине меня ценят!

Математические открытия придают творческий дух всем отраслям науки

Открытия в области математики, если не вдаваться в детали, делаются в двух направлениях: есть ученые, которые находят в ней новые проблемы и ставят новые задачи, а есть те, кто посвящает свою карьеру поиску ответов на них. Лау­реат Государственной премии в области науки и техники 2009 года математик Уалбай Умирбаев относится ко вторым, и в свои 49 лет является автором решений нескольких известных математических проблем, над которыми ученые всего мира бились не один десяток лет.

– Уалбай Утмаханбетович, Госпремию вы получили за работу «Автоморфизмы и подалгебры свободных алгебр». Расскажите, чем интересен этот труд?

– Тема работы примерно отражает то направление, над которым я работаю по­следние 20 лет, и в нее вошли все существенные результаты, которых мне удалось за это время добиться. Основным, конечно, является решение проблемы известного японского математика Масайоши Нагаты, которое мы нашли совместно с моим российским коллегой Иваном Шестаковым (это было в 2001 году), и именно за него мы в 2007 году получили премию Мура Американского математического общества. Профессор Шестаков сейчас является полным профессором университета Сан-Пауло в Бразилии. По его приглашению в 2000–2001 годах я провел в этом городе один год, и именно там нам удалось завершить работу над проблемой Нагаты. Еще одно большое достижение, вошедшее в этот труд, – это решение проб­лемы известного англий­ского математика Пола Кона в 2004 году. Как и Нагата, Кон – признанный корифей математики, именно он построил теорию свободных ассоциативных алгебр, которая имеет огромное значение для построения некоммутативной алгебраической геометрии.

Кон скончался в 2006 году в возрасте 82 лет, а Нагата – в 2008 году в возрасте 81 года, и оба они знали о том, что сформулированные ими проблемы нашли решение. Кон сохранил научную силу почти до конца жизни и в 2004-м читал мою работу, задавал вопросы. Ученики Нагаты с огромной радостью встретили наши результаты, и многие из них продолжают эту тематику.

Не менее серьезный труд – решение проблемы члена-корреспондента СССР Михаила Каргаполова в 1995 году, до меня ее безуспешно пытались решить многие математики… Эта работа вошла в мою докторскую диссертацию и стала своего рода завершающим этапом большой части моей научной деятельности – после этого я несколько поменял направление.

– Расскажите, как вы пришли в математику?

– По сути, мой отец, Утмаханбет Умирбаев, преподаватель математики в селе Турткуль Южно-Казахстанской области, не оставил мне особого выбора. Он часто говорил, что не может заснуть, если не получается какая-то задача – в нашей семье все были математиками и шахматистами. Отец меня привел в Республиканскую физико-математиче­скую школу в Алматы в 13 лет, под его влия­нием я поступил в Новосибирский государ­ственный университет. Там моим научным руководителем был молодой в то время профессор Иван Павлович Шестаков. Под его руководством в 1986-м защитил кандидатскую диссертацию. После этого вернулся в Алматы и начал работать в КазНУ им. Аль-Фараби на одной кафедре с нынешним ректором, лауреатом Государственной премии, академиком Бакытжаном Жумагуловым. Кстати, он многое сделал для математики и математиков, сейчас, например, заканчивается возведение нового корпуса математического факультета. Могу сказать с уверенностью, что именно в КазНУ я начал по-настоящему заниматься математиче­ской наукой и получать первые серьезные результаты.

После защиты докторской в 1995 году я пришел работать в Южно-Казахстан­ский государственный университет им. М. Ауэ­­зова по приглашению ректора этого вуза, выдающегося математика, академика Тынысбека Кальменова. До 2001 года я заведовал там кафедрой, а уже с 2001 года работаю в Евразийском национальном университете им. Л. Гумилева в Астане. С 2007 года нахожусь в университете Уэйна, в Детройте, США. Сначала приехал сюда на один год как профессор-визитер, а в 2008 году заключил контракт до 2011 года.

Я очень ценю свое образование, полученное в университете и аспирантуре, весь тот опыт, который был мной получен за годы работы, – это уже немало, но останавливаться нельзя, я до сих пор продолжаю учиться, надеюсь даже еще раз поменять тематику научного поиска…

– Чем западный подход к науке отличается от казахстанского?

– Могу сказать, чем казахстанский подход отличается от западного. В первую очередь – методами финансирования, у нас они практически не разработаны и никто не верит, что этот вопрос скоро решится. Еще одно отличие в том, что в Америке широко практикуется приглашение ученых из других стран, а у нас этот метод не пройдет, надо делать ставку на своих. Скажу пару слов и о грантах. Грант – это деньги, а там, где деньги, обязательно появятся те, кому они «больше» нужны. Средства на науку надо защищать законом, причем не от научного деятеля, а от бюрократов, которые за выдачу этих денег отвечают. У нас ведь как: чтобы получить хотя бы один тенге от своего же гранта, надо будет пройти через десяток инстанций, в Америке система гораздо проще, на факультете есть один человек, который решает все финансовые вопросы, он же занимается научными грантами. Именно такой подход нужен казах­станской науке.

– Далеким от мира математики людям зачастую сложно понять ее прикладное значение. Где и как используются тео­ретические открытия в этой области нау­ки?

– Не зря математику называют царицей наук, она является фаворитом их развития. Эта роль заключается не в том, где применяется тот или иной результат, а в том, что математические открытия придают творческий дух другим научным отраслям. Порой теоретические открытия в математике могут быть использованы годы спустя. Я знаю многих математиков, которые в поисках приложения своих знаний на практике начали заниматься вопросами физики и сейчас являются сильнейшими специалистами по теоретической физике. На основе фундаментальной математики рождаются различные отделы прикладной математики, достижениями которых пользуются ежедневно миллионы людей. Плюс к этому, одна из замечательнейших особенностей этой науки в том, что она лежит в основе развития других наук и при этом обладает способностью независимо саморазвиваться.

К тому же просто сформулированные математические задачи привлекают молодежь, они влюбляются в эту науку и уже не могут ее оставить, это на всю жизнь. Математики говорят, если бы Давид Гильберт проснулся через 500 лет, то, наверное, в первую очередь спросил бы: гипотеза Римана доказана или нет? Гипотеза Римана о нулях дзета функции связывает многие современные разделы математики и бесспорно является одной из наиболее важных ее проблем. Именно в сторону центральных в математике проблем надо направлять способную молодежь.

– Вы уже являетесь обладателем престижной премии Американского математического общества. Какое значение имеет для вас Государственная премия РК?

– Огромное! Это по определению является высшим признанием заслуг в области науки и техники на моей родине. После решения проблемы Нагаты, начиная с 2001 года, многие зарубежные математики за чашкой кофе спрашивали: тебя ценят на родине? Теперь у меня есть на это простой ответ с доказательством.

Лилия СЫЗДЫКОВА

Постоянный адрес статьи:
http://meta.kz//360188-ualbajj-umirbaev-znaju-chto-na-rodine-menja-cenjat.html


Популярное